Новое исследование раскрывает темную сторону MOSE: к концу века MOSE может изолировать Венецию от моря на 248 дней в году, что приведёт к катастрофическим последствиям для лагуны

Двести сорок восемь дней в году устья лагуны остаются закрытыми для моря. Это наиболее критический сценарий, рассчитанный для Венеции к концу века: MOSE может потребоваться работать почти две трети года, защищая город от повышения уровня воды и оставляя лагуне всё меньше времени на обновление своих вод. Море останется за пределами. Однако вместе с этим исчезнет и значительная часть естественного обмена, который поддерживает баланс этой экосистемы.

Расчёт был выполнен Национальным институтом океанографии и экспериментально-г геофизики (OGS), опубликованным 9 октября 2026 года в научном журнале Scientific Reports. Моделирования показывают, что из-за повышения уровня моря, вызванного изменением климата, закрытие подвижных барьеров может стать настолько частым, что заметно замедлит циркуляцию воды. В худшем случае более трети лагуны потребуется более 20 дней на обновление воды. Это довольно сложная перспектива для сооружения, которое обязано защищать Венецию именно от воды.

MOSE может оставаться закрытым почти два дня из трёх

MOSE состоит из 78 подвижных затворов, распределённых по четырём барьерам у трёх входов в порты Лидо, Маламокко и Кьоджа. Обычно они лежат на морском дне, позволяя Адриатическому морю обмениваться водой с лагуной. Когда ожидается особенно высокая приливная волна, они поднимаются и препятствуют входу морской воды.

Система доказала свою способность защищать Венецию от затоплений. Проблема состоит в том, как часто её придётся активировать в ближайшие десятилетия. По мере роста моря даже обычная приливная волна может достигать уровней, достаточных для закрытия барьеров. А то, что сегодня представляет собой временную операцию, рискует стать всё более обычной.

Чтобы понять масштаб, исследователи использовали модель, воспроизводящую циркуляцию воды в лагуне, применив её к двум климатическим сценариям: одному с более мягкими выбросами парниковых газов (RCP4.5) и другому с высокими выбросами (RCP8.5). Затем они сравнили два периода: 2045–2049 и 2095–2099 годы, моделируя условия с MOSE в рабочем состоянии и без его закрытий.

В самом критическом сценарии, при высоких выбросах, к концу века годовая доля закрытий составит примерно 248 дней. Это прогнозы, связанные с конкретными климатическими гипотезами, естественно, и не календарь, заданный свыше. Но они хорошо демонстрируют масштабы проблемы.

Одна треть лагуны может потребовать более 20 дней на обновление воды

Лагуна Венеции во многом живет благодаря постоянным обменам с Адриатическим морем. Приливы заставляют входить и выходить воду, переносят питательные вещества, способствуют рассеванию загрязняющих веществ и регулируют экологические условия в разных зонах лагуны.

Когда затворы поднимаются, этот движущийся процесс прерывается или существенно ограничивается. Закрытие на несколько часов — одно. Повторение этой процедуры на значительную часть года — совсем другое. Исследователи измерили так называемое время обновления воды, то есть время, необходимое, чтобы вода в определённой зоне была замещена через лагунную циркуляцию.

В наиболее экстремальных моделях, более трети лагуны потребовала бы более 20 дней на обновление воды. Такое длительное пребывание может способствовать накоплению питательных веществ и загрязняющих веществ, создавая условия, более благоприятные для роста водорослей и снижения доступного кислорода.

Однако следует отметить: исследование измеряет замедление водообмена, не доказывая, что эти участки обязательно станут лишёнными кислорода или что произойдут массовые гибели рыб. Возможны экологические последствия всё более ограниченной циркуляции, которые нужно оценивать вместе с другими факторами, влияющими на качество воды. Риск, можно сказать, касается баланса, который зависит от непрерывных движений даже тогда, когда на поверхности они едва заметны.

Лагуна может превысить температуру воды 30 °C более чем на три месяца в году

Сосредотачиваясь на более частых закрытиях, к ним добавляется жара. И в этом плане прогнозы не менее тревожны. В сценарии с высокими выбросами моделирования показывают температуры воды выше 30 °C более чем на три месяца в году, сопровождаемые частыми и продолжительными волнами тепла в море. MOSE может остановить высокий уровень воды, но естественно не может понизить температуру лагуны.

Более тёплая вода и более медленный обмен создают хрупкое сочетание. По мере увеличения температуры, при прочих равных условиях, уменьшается максимальное количество кислорода, которое может раствориться в воде. Тем временем меньшая циркуляция может затруднить рассеивание веществ, поступающих из рек, сточных вод и деятельности в бассейне лагуны.

Эффекты будут зависеть от локальных условий, количества питательных веществ и загрязнителей, а также от реакции организмов. Но именно перекрытие этих процессов тревожит учёных: потепление влияет на воду, тогда как закрытие MOSE ограничивает её движение. Двойной стресс для среды, где обитают песчаные отмели, мелководья, заросли морских цветковых растений и множество видов животных и растений.

При меньших выбросах эффекты были бы примерно вдвое меньше

Исследование также содержит менее мрачный вывод, напрямую зависящий от выбросов парниковых газов. В сценарии RCP4.5, характеризующемся более умеренными выбросами по сравнению с худшим вариантом, смоделированные воздействия в целом примерно вдвое меньше. Изменятся частота закрытий, замедление водообмена и интенсивность нагрева вод.

Разница важна, потому что она демонстрирует, насколько будущие условия лагуны зависят от эволюции климата. Барьеры остаются теми же, однако меняется количество времени, которое потребуется их использовать.

Авторы исследования подчеркивают необходимость сочетать снижение глобальных выбросов с локальными мерами адаптации, способными ограничить последствия всё более длительных закрытий. Исследование не предлагает одного готового решения: подчёркивает проблему, с которой будущие стратегии управления будут сталкиваться.

Венеция будет продолжать нуждаться в защите от высот воды. MOSE был построен для этого, и моделирования подтверждают его эффективность в ограничении подъёма воды внутри лагуны.

Однако существует огромная разница между закрытием барьеров во время исключительной приливной волны и необходимостью делать это 248 дней в году. Во втором случае, почти восемь месяцев, естественный обмен с Адриатикой был бы сильно ограничен. И море, от которого Венеция должна защищаться, — это же море, которое её лагуна должна иметь для жизни.